Где на подобной планете оно могло раздобыть пищу. И зачем оно вырвалось из загона. Я бы многое отдал, лишь бы узнать, что это было за – Возможно, его бросили здесь, и оно вырвалось, потому что было голодно, – предположил Элвин. – Или что-то вызвало у него раздражение. – Спустимся ниже, – заявил Хилвар. – Я хочу взглянуть на Они опускались, пока корабль едва не коснулся голых камней, и только тогда заметили, что равнина испещрена бесчисленными дырочками шириной в три-четыре сантиметра.

С наружной стороны эстакады, однако, этих таинственных оспинок на земле не было: они прерывались у края изгороди. – Ты прав, – сказал Хилвар.

Есть еще одна проблема, которая меня волнует, — обеспокоенно сказал. — Различие в длительности наших жизней. — Он не добавил больше ни слова, но оба они в этот момент знали, о чем именно думает сейчас друг. — Меня это тоже тревожит,– признался Хилвар. — Но мне кажется, что к тому времени, как наши народы смогут снова хорошо узнать друг друга, проблема эта разрешится сама .

Они дослушали его до конца — не перебивая и не задавая вопросов. Было уже очень поздно, когда он закончил свой рассказ, и он испытывал такую усталость, что хоть с ног вались, Напряжение и все треволнения долгого дня наконец сказались, и совершенно неожиданно для себя Олвин уснул. Проснувшись, он обнаружил, что лежит в какой-то незнакомой ему комнате.

Прошло несколько секунд, прежде чем он вспомнил, что находится не в Диаспаре.

По мере того как сознание возвращалось, свет в комнате становился все ярче и ярче и в конце концов все вокруг оказалось залитым мягким сиянием еще по-утреннему прохладного солнца, струящего свои лучи сквозь ставшие теперь прозрачными стены. Олвин нежился в блаженной полудреме, вспоминая события минувшего дня, и размышлял над тем, какие же силы он привел теперь в С тихим мелодичным звуком одна из стен стала подниматься, сворачиваясь при этом настолько сложным образом, что сознание было не в силах схватить.

Через образовавшийся проем в комнату ступил Хилвар.

Он глядел на Олвина с выражением удовольствия и вместе с тем озабоченности. — Ну, раз уж ты проснулся,– начал он,– то, может, ты хоть мне наконец скажешь, как это тебе удалось вернуться сюда и что ты собираешься делать. Сенаторы как раз отправляются посмотреть на подземку. Они никак не могут взять в толк, как это тебе удалось использовать ее для возвращения.

Ты что, и в самом деле приехал на .

В общем-то, чисто синтетическая пища была Олвину куда больше по душе. Способ, которым приготовлялась та, натуральная, поразил его как исключительно негигиеничный, а уж при преобразователе-то материи вы, во всяком случае, всегда знали, что именно вы едите. Они принялись за ужин, когда ночь уже полностью вступила в свои права и на небо высыпали звезды.

К концу трапезы за пределами их маленького освещенного мирка стало уже совершенно темно, и на самой границе света и тьмы Олвин заметил какие-то движущиеся тени — это обитатели леса выползали из своих дневных укрытий.

Время от времени он видел отблески — чьи-то бледные глаза смотрели на него, но, кто бы это ни был, зверье близко не подходило, так что хорошенько разглядеть ничего не удавалось. Было так спокойно и славно, и Олвин испытывал полнейшее удовлетворение.

Казалось, нет способа когда-нибудь ускользнуть в эту огромную пустоту – и нет также рациональной причины сделать. Джезерак заявил, что человек в пустыне скоро погибнет, и Элвин вполне мог верить. Возможно, однажды он и найдет путь покинуть Диаспар, но если он это и сделает, то заранее будет знать о скором возвращении. Достигнуть пустыни было бы замечательным развлечением, не.

Эту забаву ему не с кем было разделить, и она никуда бы его не привела.

Но это, по крайней мере, стоило совершить, чтобы утолить душевную тоску. Словно в нежелании возвращаться в обычный мир, Элвин задержался среди отражений прошлого. Стоя перед одним из огромных зеркал, он наблюдал за сценами, появлявшимися и исчезавшими в его глубинах. Какой бы механизм ни создавал эти образы, он управлялся его присутствием и, до некоторой степени, и его мыслями.

Что же касается Совета, передай им, что дорогу, открывшуюся один раз, нельзя закрыть вновь простой резолюцией. Корабль стал едва видимым пятнышком в небе, и вскоре Джезерак вообще потерял его из виду. Он не уловил момента старта, но с небес вдруг обрушился самый грандиозный из всех звуков, сотворенных Человеком – несмолкающий грохот воздуха, падающего в неожиданно прорезавший небо многокилометровый туннель вакуума.

Джезерак не пошевелился даже когда последние отзвуки стихли в пустыне.

Здесь лежал барьер, разделявший его и всех прочих людей его мира, могущий обречь его на жизнь, полную тщетных надежд. Ему всегда хотелось выйти наружу – и во сне, и наяву. А в Диаспаре слово “наружу” для всех звучало невыразимым кошмаром. Его по возможности старались даже не произносить; это было нечто грязное и вредоносное.

И даже Джезерак, наставник Элвина, не объяснял ему причину. Изумленные, но ласковые глаза Алистры все еще следили – Ты несчастлив, Элвин, – сказала.

– В Диаспаре не должно быть несчастливых. Разреши мне придти и побеседовать с Элвин невежливо мотнул головой. Он знал, к чему это приведет; сейчас же он хотел быть. Алистра исчезла из виду, вдвойне разочарованная. “В городе, где живет десять миллионов человек, не с кем поговорить понастоящему” – подумал Элвин.

Конечно, Эристон и Этания по-своему любили. Но теперь срок их опекунства заканчивался, и они были рады предоставить ему самому устраивать свою жизнь и свои занятия.

В последние годы, когда его расхождение с обыденностью становилось все более очевидным, он часто ощущал досаду своих родителей.

Дальше пути нет,– сказал Хедрон и показал на экран монитора, где появилась надпись: Регрессия завершена. — Должно быть, это и есть самый первый облик города, запечатленный в памяти машин. Сомневаюсь, чтобы ячейки памяти использовались в период, предшествующий этому,– когда здания еще были подвержены разрушительному действию стихий.

В центре экрана показалось огромное кольцо Семи Солнц в всей своей радужной красе. Еще виднелся краешек Земли: темный серп, обрамленный золотом и пурпуром заката. Элвин понимал, что готовится нечто, ему неведомое, и ждал, обхватив кресло. Секунды уносились прочь. Семь Солнц сверкали на экране. Звука не было – только внезапный, вызвавший легкое помутнение зрения головокружительный рывок – и Земля исчезла, будто гигантская рука смела ее прочь.

Они были в космосе одни, наедине со звездами и странно съежившимся Солнцем.

Да, Земля пропала, словно ее никогда и не существовало во Вселенной. Снова последовал рывок – и возник едва слышный шелест, точно генераторы впервые выбросили ощутимую долю своей мощи. На миг показалось, что ничего особенного не произошло; но затем Элвин сообразил, что Солнце также исчезло, а звезды медленно ползут мимо корабля.

Элвин на секунду обернулся – и увидел абсолютную пустоту.

Небо позади было полностью поглощено полусферой тьмы. Прямо на глазах звезды уходили в нее и пропадали, точно падающие в воду искры.

Мы были больным народом и не хотели более играть никакой роли во Вселенной, и вот мы сделали вид, будто ее попросту не существует. Мы видели, как хаос пирует среди звезд, и тяготели к миру и стабильности. А из этого со всей непреложностью следовало, что Диаспар должен быть закрыт, с тем чтобы ничто извне не могло в него проникнуть. Мы создали город, который вам так хорошо известен, и сфабриковали фальшивое прошлое, чтобы скрыть от самих себя нашу слабость.

О, мы были не первыми, кто прибегнул к такому способу.

Что это. везение, древнее воспоминание или элементарный логический расчет. Так или иначе он несомненно добрался бы до этой точки – точки, где сходились все радиальные улицы города. Ему понадобилось всего десять минут, чтобы обнаружить, что они встречаются здесь не только из соображений симметрии – десять минут, чтобы понять, что долгий поиск вознагражден.

Проследить за Элвином и Хедроном, не привлекая к себе внимания, Алистре удалось без труда.

Они страшно торопились – что само по себе было необычно – и ни разу не обернулись. Преследовать их по движущимся путям, скрываясь в толпе, было занятным развлечением. Наконец цель обоих прояснилась: раз уж они, покинув улицы, устремились в парк, то могли направляться только к Гробнице Ярлана Зея.

Других зданий в парке не было, а бешено спешащие Элвин и Хедрон отнюдь не выглядели как любители наслаждаться видами.

Поскольку в радиусе сотни метров от Гробницы спрятаться было негде, Алистра подождала, пока Хедрон и Элвин исчезнут в мраморном полумраке. Стоило им скрыться из виду, как она побежала по травянистому склону. Она была совершенно уверена, что сможет укрыться за одной из огромных колонн до тех пор, пока не выяснит, что делают Элвин и Хедрон; обнаружат ли они ее после этого – уже неважно.

Гробница состояла из двух концентрических колоннад, окружавших круглый дворик.

Колонны полностью заслоняли интерьер, за исключением одного сектора, и Алистра, избегая приближения к этому проходу, вошла в Гробницу сбоку.

Ed Sheeran – Galway Girl [Official Video]


Hello! Do you want find a partner for sex? Nothing is more simple! Click here, registration is free!